"THE LUZHIN DEFENSE" BY V. NABOKOV AS A GAME MODEL OF THE CHESS HYPERREALITY

L Strelnikova
unpublished
40 Вестник СПбГУ. Сер. 9. 2015. Вып. 1 УДК 82.091 Л. Ю. Стрельникова РОМАН В. В. НАБОКОВА «ЗАЩИТА ЛУЖИНА» КАК ИГРОВАЯ МОДЕЛЬ ШАХМАТНОЙ ГИПЕРРЕАЛЬНОСТИ Кубанский государственный университет, Российская Федерация, 350040, Краснодар, ул. Ставропольская, 149 Статья рассматривает проблемы игровой поэтики в романе Набокова «Защита Лужина». Предлагается новый подход к анализу романа с точки зрения его игровой структуры как мо-дели вдения автора. В игровом поле романа личности действуют как авторские
more » ... вуют как авторские марионетки, которые являются участниками игры. В «хрустальном лабиринте» игры личность теряет смысл и человечность. Игра является эффективным приемом эстетики В. Набокова, с ее помощью он противопоставляет искусство здравому смыслу. Важно, что в поэтике модернизма автор присут-ствует в произведении, он абсолютный демиург, который стремится показать свою власть над текстом. В своих эстетических играх Набоков меняет понятия «жизнь» и «искусство». Смерть пропагандируется как единственный выход из профанной реальности. Библиогр. 48 назв. Ключевые слова: модернизм, авторская маска, безумие, бессознательное, экзистенциализм, игровая поэтика, потусторонность, Набоков. Th e article examines game poetics problems in "Th e Defense", a novel by V. Nabokov. Th e author of the article off ers a new approach to the analysis of the novel in the context of its game structure as a model of the author's vision. In the playing fi eld of the novel personalities act as the author's puppets who are participants of the game. In the crystal maze game personality loses its essence and humanness. Th e game is an eff ective method of Nabokov's aesthetics and with its help the author opposes the art to common sense. It's important that in the poetics of modernism the author is present in the work, he is an absolute demiurge who aims to show his power over the text and the reader. Nabokov changes the concepts of life and art in his aesthetic games. Death is advocated as the only exit from the profane reality. Refs 48.-Здесь играют в шахматы! Весь этот мир-шахматы (если только, конечно, это можно на-звать миром)! Это одна большая-пребольшая партия. Л. Кэрролл. «Алиса в Зазеркалье» В одном из первых критических отзывов о романе В. Набокова «Защита Лужина» (1929-1930 гг.) Н. Берберова высказала мнение, ставшее хрестоматийным и подняв-шее одного из виднейших писателей русского зарубежья на новую ступень призна-ния: «Огромный, зрелый, сложный современный писатель был передо мной, огром-ный русский писатель, как Феникс, родился из огня и пепла революции и изгнания. Наше существование отныне получало смысл. Все мое поколение было оправдано» [1, с. 595]. Бунинское впечатление было еще более пафосным и эмоциональным, хотя любви к Набокову русский писатель не испытывал: «Этот мальчишка выхватил пи-столет и одним выстрелом уложил всех стариков, в том числе и меня» [2].
fatcat:3w3gfgmsdvfmfnyleiqb535glm