De differentiis Platonis et Aristotelis (part 1)

George Gemistos Plethon, Oleg Nogovitsin, Tatiana Senina
2019 ESSE: Studies in philosophy and theology  
Жившие прежде нас -и эллины, и римляне 1 -ценили Платона гораздо выше Аристотеля; а ныне многие, особенно на Западе, поскольку считают себя мудрее тех, восторгаются больше Аристотелем, чем Платоном, доверяя одному арабу Авероэсу (Ἀβερόῃ) 2 , утверждавшему, что только Аристотель создал некий совершенный по мудрости труд о природе 3 . 2. Я же считаю, что мужу, если даже он в других отношениях и превосходен, не следовало бы рассуждать о душе столь необдуманно и столь дурно, так что даже полагать
more » ... что даже полагать ее смертной: ведь каким образом неуч, который способен дойти до подобного невежества, может быть достойным судьей в каком-либо важном вопросе? При том же Аристотель не был несведущ, чтобы придерживаться такого невежества 4 . 3. Ибо необходимо говорить истину и не клеветать на этого мужа, хотя бы и оклеветавшего 5 очень многих из бывших до него. Ведь мне думается, что не следует и отплачивать клеветнику клеветой 6 . 4. Поскольку же и ныне есть те, кто отдает первенство Платону, мы и им делая приятное, и тех 7 исправляя, если они не любители просто поспорить 8 , вкратце скажем о том, чем различаются (διαφέρονται) эти мужи 9 , и покажем, что один из них немало уступает другому, не пространные и не в духе любителей словопрений приводя доводы, но подходящие для кратчайшего изложения. {I. МЕТАФИЗИКА. УЧЕНИЕ О БОГЕ} 5. (I) Итак, во-первых, Платон считает «Царя всех» 10 , Бога, творцом 11 всецело умопостигаемой и обособленной сущности (δημιουργόν τῆς νοητῆς τε καὶ χωριστῆς πάντη οὐσίας) 12 , а через нее -всего этого неба 13 . Аристотель же нигде 1* ESSE АНТИЧНАЯ ТРАДИЦИЯ И ПАТРОЛОГИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ не говорит, что Он является творцом чего бы то ни было, но называет Его только двигателем этого неба (τοῦ οὐρανοῦ τοῦδε κινητικόν) 14 . 6. Если, с одной стороны, он все же считает Его творцом, но нигде не говорит об этом, то он, пожалуй, плохо излагает собственную философию, храня молчание о величайшем деянии Бога и превознося только гораздо менее значительное. Кто-нибудь, пожалуй, может сказать, что он полагает Его целью и высшей причиной (τέλος καὶ τελικὸν αἴτιον) 15 , но говорящий такое окажется рассуждающим не очень благочестиво и недостойно Бога, если считает Его целью не «бытия и сущности» 16 всякого сущего, а только движения (οὐ τοῦ εἶναι οὐδὲ τῆς οὐσίας ἑκάστων ἀλλὰ τῆς κινήσεως μόνης τέλος αὐτὸν τίθεται) 17 . 7. Если же, с другой стороны, Аристотель не считает Бога творцом всего и именно поэтому нигде не говорит об этом, то он, пожалуй, оказывается еще более негодным, не упоминая и не признавая превосходнейшее из положений философии и не только философии, но и всех людей, мыслящих наилучшим образом. 8. Мы же покажем, что он действительно не считал так -во-первых, потому, что неразумно было для считающего так умалчивать повсюду в книгах об этом превосходнейшем учении, усердствуя даже сверх должного в изложении того, что относится к зародышам 18 и устрицам 19 ; а также и потому, что он, говоря об определяющих причину возникновения чисел (τοῖς αἰτίαν γενέσεως ἀριθμῶν ἀποδιδοῦσιν ... μεμφθόμενος) -я имею в виду не какое-либо время, а причину, как очевидно из его изложения слов самих говорящих об этом,порицая их, заключает: «Нелепо также допускать возникновение вечных сущих, но, скорее, это одна из вещей невозможных» 20 . 9. Отсюда ясно, что Аристотель, равно как и некоторые другие, полагал, что из возникновения по причине (τῇ κατ᾿ αἰτίαν γενέσει) по необходимости следует и возникновение во времени (τὴν χρονικὴν), в отличие от Платона, называвшего душу, с одной стороны нерожденной (ἀγένητον) -очевидно, что во времени -в «Федре» 21 , а с другой стороны рожденной -ясно, что по причине -в «Тимее» 22 , ясно показывая, что не считает, что из возникновения по причине обязательно следует возникновение во времени (οὐ πάντως ἑπομένην τῇ κατ᾿ αἰτίαν γενέσει καὶ τὴν χρονικὴν δοξάζων) 23 . 10. Если же Аристотель считает эту вселенную (τόδε τὸ πᾶν) вечной, то ясно, что он не может признавать ее возникновение 24 ; а если у нее нет возникновения, то нет и никакого Творца 25 . И об этом достаточно. 11. (II) Также у Аристотеля написана об этом Боге и следующая нелепость. Распределяя сферы и их движения по обособленным умам и сущностям, он выделяет и для этого Бога одну сферу и движение 26 , поставляя его наравне с умами, которые после Hего 27 . 12. А это утверждение содержит такую нелепость, которую всякий может увидеть вот из чего: у тех, которые что-либо распределяют между собой, необходимо имеется соответствующее распределяемое, если распределение предполагает быть справедливым, как и сам Аристотель утверждает в своих Том 4. № 1. 2019 ГЕОРГИЙ ГЕМИС Т ПЛИФ ОН речах о справедливости 28 . Итак, здесь все сферы оказываются друг с другом одной и той же сущности, ведь все тела бессмертны, согласно самому Аристотелю, и вечны они сами и их движения 29 . Следовательно, необходимо и тем обособленным умам, между которыми распределены сами сферы, всем быть одной и той же сущности друг с другом, и ни один из них не может не счисляться с прочими, но главнейший из них лишь настолько превосходит остальных, насколько выделенная ему сфера превосходит прочие сферы 30 . 13. Но что такое превосходство недостойно этого Бога 31 , очевидно всякому, даже обладающему малым умом, поскольку и араб Авинсена 32 , уразумев нелепость этого суждения, распределяет светила и сферы между прочими обособленными умами в какой-то степени согласно с самим Аристотелем, а этому Богу не выделяет ни одного светила или сферы, поставляя его выше всех 33 . Но об этом сказанного достаточно. ESSE АНТИЧНАЯ ТРАДИЦИЯ И ПАТРОЛОГИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ к чувственному восприятию 43 , а по способности к воображению (μὴ τῷ αἰσθητικῷ ἀλλὰ τῷ φανταστικῷ), отделяя его род от зоофитов (ζῳοφύτων), а затем присвоит этому роду способность передвигаться, свойственную каждому животному 44 , -ведь это будет неплохо, -то тогда «животное» определяется как «способное передвигаться» и, взаимозаменяемо, «способное передвигаться» как «животное», однако «животное» при этом ничуть не меньше является родом для определяемых им, и никоим образом не становится омонимом 45 . 17. Но если кто-нибудь, -говорит Аристотель, переменив мнение 46 ,применит к животному в качестве различия не «способность к рассуждению», а «разумность» (μὴ τὸ λογικὸν τῷ ζῴῳ ἀποδιδοῖ διαφορὰν ἀλλὰ τὴν λογικότητα) 47 , -будто в самом деле нужно использовать различия таким образом,тогда ни «животное» не могло бы высказываться о «разумности» (οὐκ ἂν κατηγοροῖτο τῆς λογικότητος τὸ ζῷον), ни один другой род -о каком-либо другом подобном различии. Поскольку же такое положение не соответствует сущему, ведь невозможно найти чего бы то ни было, о чем не сказывалось бы сущее 48 , сущее не может быть родом 49 . 18. Итак, во-первых, если что-либо соответствует частным родам, ему не необходимо соответствовать также и наивысшему роду; ведь ничто не препятствует тому [наивысшему роду] быть в некотором отношении обособленным и иметь то, что не свойственно другим родам, -а значит, ложно то, что говорит Аристотель 50 . Ведь если он выдумывает разумность, чтобы не способность к рассуждению, а разумность была различием для животного, мы ему в ответ придумаем «животность» (τὴν ζῳότητα), а затем вынудим представить нам различие по животности. Какое же [различие] тогда он представит? Ведь он, конечно, не представит в качестве различия ни способность к рассуждению у животности, ни разумность у животного, -и кто стерпел бы такое его нарушение методов рассуждения?! Но очевидно, что различие животного это способность к рассуждению; а разумность, если и может в самом деле быть различием, то не для чего иного, как для животности. И таким образом род будет определяться через его собственное различие, в чем и состоит закон метода рассуждения (Καὶ καθηγορηθήσεταί γε οὕτω ἅπαν γένος τῆς διαφορᾶς ἑαυτοῦ, ᾗ καὶ ὁ τῆς μεθόδου τῶν λόγων ἔχει νόμος) 51 . 19. Итак, о том, как слабы у Аристотеля рассуждения с попытками доказать омонимию сущего (ὁμώνυμον τὸ ὂν δεικνύναι), сказано достаточно. Но нам следует также показать, что сущее вообще не может быть одноименным (ὁμώνυμον). Ведь если все сущие происходят от единого, причем всецело единого (ἀφ᾿ ἑνὸ ἅπαντα πρόεισι καὶ ἄκρως ἑνὸς), то, хотя они чрезвычайно многочисленны, невозможно, тем не менее, чтобы все они не имели друг с другом одного чего-то общего. А что это может быть, как не сущее, причем не одноименное сущее? Ведь если бы оно было в них одноименным, оно не было бы единым 52 . 20. Да и сам Аристотель кое-где говорит: «Сущие не желают быть плохо управляемыми. "Нет в многовластии блага, да будет единый властитель"» 53 , -Том 4. № 1. 2019 ГЕОРГИЙ ГЕМИС Т ПЛИФ ОН на словах утверждая это довольно-таки торжественно, а на деле сам являясь, скорее, вводящим среди сущих дурное управление, не допуская сущему оставаться единым. {III. МЕТАФИЗИКА И ЛОГИКА. УЧЕНИЕ ОБ ОБЩЕМ И ЧАСТНОМ} 21. (IV) К тому же невежеству, пожалуй, относится и помещение общего как
doi:10.31119/essephts.2019.4.1.12 fatcat:4q4w3ut62nfb3giwuenjrzjney