Вильна – посттравматические нарративы

Лара Лемперт
2016 Literatūra (Vilnius)  
Вильнюсский университет Вильнюс, Литва В одной из своих статей о Вильнюсе антрополог культуры Анна Липпхардт пишет: «В ранних 1990-х я проживала в <вильнюсском> городском пространстве <...> в древнем, аутентичном окружении, с его барочной и ренессансной архитектурой. В то же время я пребывала в воображаемом месте, в локусе еврейской общины прошлого, известном миру под его идишским именем -Vilne. Не только Холокост разделил два этих пространства, но и более чем 50-летнее отрицание в публичной
more » ... ание в публичной сфере еврейской истории города. <...> Еврейский Вильнюс есть, и в то же время его нет» (Lipphardt 2004: 170) 2 . Обозначенная Липпхардт дихотомия, созданная пережитыми населением Вильнюса историческими травмами и их рецепцией, отраженной в ряде текстовых и визуальных документов, стала отправной точкой для настоящей статьи. В ней будут представлены и сопоставлены несколько типов текстов о Вильнюсе. Первая группа текстов, в основном на идиш, создана в Литве после Первой мировой войны и представляет собой попытку документализации материального и морального урона, нанесенного войной общине и еврейской культуре. Другая группа гораздо обширнее и несравненно более гетерогенна по времени создания, пространству, жанрам и языку: это тексты на нескольких еврейских и европейских языках, появившиеся в течение десятилетий после Второй мировой войны и практического уничтожения еврейской общины Восточной Европы. Среди них немало текстов, посвященных Вильнюсу. При этом произведения первой группы 1 Название Вильна употребляется в статье без соотнесения с геополитическими реалиями, как одно из свойственных еврейской традиции имен города, сохранявшееся и сохраняющееся в ней с момента основания здесь еврейской общины и до наших дней. 2 Источники и литература на английском, иврите и идиш цитируются в переводе автора статьи.
doi:10.15388/litera.2015.5.10216 fatcat:ycbdfkveczcbncx5sfkg6uhs6q